Главное в гороскопе 2006 года (а также и 2007-го) – противостояние (оппозиция) Сатурна и Нептуна. Этот аспект складывается только три раза в столетие. Что он нам предвещает на этот раз?

В 1990 году французский астролог Андре Барбо обратил внимание на ошеломляюще простую закономерность. Три крупнейшие политические метаморфозы в России ХХ века – революция, хрущёвская оттепель и перестройка с роспуском Восточного блока – точно совпали с соединениями Сатурна и Нептуна. Такое соединение происходит примерно каждые 36 лет. И, действительно, в ХХ веке Сатурн и Нептун соединялись именно в 1917-м, 1953-м¹ и 1989-м.

После соединения Сатурн и Нептун постепенно расходятся и через 18-20 лет оказываются в оппозиции – точно напротив друг друга. По смыслу этого аспекта, всё то, что было «взбаламучено» под соединением Сатурна и Нептуна, к их противостоянию снова приходит в равновесие. Но это уже совершенно иное равновесие. Именно на противостоянии этих планет окончательно формируется новая система взамен «подорванной». Она уже не меняется до следующего соединения Сатурна и Нептуна.

Это в теории. А в реальности? В прошлом веке противостояние Сатурна и Нептуна пришлось на 1936-1937 (после соединения в 1917-м) и на 1971-1972 годы (после соединения в 1953-м). Посмотрим, что в это время происходило в России.

1936-1937. Классические годы сталинской эпохи. Принимается Конституция. Большие чистки: одержавшая верх партия устраняет уже не представляющих опасности политических оппонентов. Набирает обороты прославление Сталина.

1971-1972. Эпохальная встреча Брежнева и Никсона, торговые и военные соглашения с Западом. Остался позади, в 50-60-х, период авантюрных нововведений и борьбы за власть в Кремле. Начало «застоя» и культа личности Брежнева.

В самом деле, в обоих случаях на противостояние Сатурна и Нептуна приходятся события, которые закрепляют сложившееся за последние полтора-два десятка лет положение дел в стране. Последующие годы до нового соединения планет никаких кардинальных изменений не происходит.

Вернемся к 2006 году. Излишне «предсказывать» очевидное: перемены и неопределенность уступают место долгожданной стабильности. Интересней другое. Как видим, очередная стабилизация в России снова происходит на противостоянии Сатурна и Нептуна. По аналогии с предыдущими циклами этих планет напрашивается прогноз: до их соединения в 2026 году по-настоящему революционных преобразований в России не будет. 2006-2007 годы, видимо, останутся в истории временем, когда окончательно сформировался облик России первой четверти XXI века.

__________

¹ На соединении Сатурна и Нептуна в 1882 г. либеральная «оттепель» в России, наоборот, сменилась «реакцией». [назад]

 

Александр Винокуров

 

Цитаты по теме

В.В. Лапкин. Волны политической модернизации в логике «противоцентра»:

Рубежом в модернизационном развитии России, обозначившим поворот к форсированной индустриализации «сверху», является 1881 г., когда на российский престол взошел Александр III, с именем которого связаны решительные преобразования пореформенной российской политики (смена прежде доминирующей стратегии экстенсивной аграрной колонизации на стратегию форсированной индустриальной колонизации и «возвращение» имперского государства к активной хозяйственной политике). Первая волна российской модернизации охватила примерно 1881-1917 гг., когда начавшаяся по инициативе самодержавного государства и проводившаяся под его контролем индустриализация привела к необходимости политических реформ и аграрных преобразований (реформы Витте Столыпина). Эта новая политика стала основой ключевых противоречий, в итоге расколовших российское общество и приведших к социальному взрыву и краху самодержавной империи.

Вторая волна модернизационных преобразований в означенной логике продолжалась на протяжении 1917-1953 гг. В этот период на обломках империи Романовых возникло новое государство-империя, основанное на резком упрощении политической и социально-экономической системы, на господстве коммунистической идеологии, служившей одновременно идеологией форсированной индустриализации и мировой экспансии. Фундаментальной идеей Советского государства, определяющей и тип государственности, и характер конституционности, и доминанту целеполагания, и принципы системы мобилизации ресурсов, стала на этот период идея мировой революции, очевидный крах которой после 1945 г. во многом предопределил необходимость новой имперской трансформации («десталинизация», «развенчание культа личности» и т. п.).

Третья волна (1953-1989), начавшаяся после смерти Сталина, сопровождалась длительным размыванием как политического режима и тесно связанной с ним идеологии, так и постепенным исчерпанием ресурсов для экстенсивного развития, мировой экспансии. По сути, характер политической системы в этот период существенно изменился, власть вождя была заменена на власть номенклатуры, причем этот переход, включавший разоблачение «культа личности» и политики массовых репрессий, несмотря на кажущуюся плавность, имел характер политического переворота. Изменился и характер государства, что на языке господствовавшей идеологии было обозначено как переход от «государства диктатуры пролетариата» к «общенародному государству». На смену теории мировой революции пришла теория строительства коммунизма, предполагавшая переход от стратегии бескомпромиссной борьбы с «мировой буржуазией» к «мирному соревнованию систем».

Этот период модернизации завершился именно к 1989-1991 гг. (а не в 1985 г., поскольку в 1985-1989 гг. политические процессы в СССР развивались во многом еще в рамках прежней политической системы и прежних институтов); только с 1989 г. попытки изменить политическую систему затронули основные политические институты (в 1989 г. состоялся Первый съезд народных депутатов СССР; в 1990-м введен пост Президента СССР; в 1991-м предприняты попытки изменить Союзный договор, спровоцировав в итоге путч и распад Советского Союза). С 1989 1991 гг. началась четвертая волна политической модернизации, характер которой будет иметь во многом решающее значение для всего последующего развития России.

Отметим, что наступлению каждой новой волны модернизации в России, как правило, предшествует подготовка, занимающая 3 4 года. Этот период знаменуется крупным поворотом в политическом развитии. Так, поворот 1881 г. подготавливался на протяжении 1878 - 1881 гг., когда после очередной внешнеполитической катастрофы нарастал кризис политической системы, власть мучительно пыталась найти приемлемый компромисс с обществом, а народовольцы охотились за Александром II; поворот (а точнее, переворот) 1917 г. подготавливался на протяжении 1914 1917 гг., когда Россия участвовала в Первой мировой войне, разрушительной для ее финансов и установившегося в предвоенные годы хрупкого внутриполитического мира. Точно так же поворот 1953 г., связанный с умеренными реформами, был вызван кризисными явлениями в экономике и политике, которые ощущались в период 1948 1953 гг. и, как уже упоминалось, были во многом обусловлены окончательным крахом надежд на распространение советской экспансии на Западную Европу (Италию и Францию) и Ближний Восток (Палестину); наконец, поворот 1989 1991 гг. был подготовлен развитием страны в 1985 1989 гг., когда нараставшие с конца 70-х гг. кризисные явления, ставшие очевидными даже для части высших партфункционеров, сделали необходимой посягающую на основы партийной власти перестройку экономической и политической системы.

Несмотря на кажущуюся чрезмерную точность приведенных дат, обозначающих переход к каждой новой волне модернизации, в действительности они указывают лишь на критические, переломные точки в рамках переходных процессов, охватывающих более продолжительные периоды.

При сопоставлении волн модернизации во Франции, Германии и России, наблюдавшихся в разные исторические эпохи, вырисовываются некоторые любопытные «сквозные» закономерности: вторая волна модернизации (1789-1815 гг. во Франции, 1862-1890 гг. в Германии, 1917-1953 гг. в России) всякий раз «прокатывалась» в «героические» периоды ломки прежних и возникновения новых политических структур, периоды «бури и натиска» для рассматриваемых центров континентального типа. Осуществляемые в этот период «железом и кровью» преобразования политической и социальной системы создают возможность мобилизации ресурсов, которая обеспечивает значительный рывок вперед, переход в ранг сверхдержавы. Последующая третья волна соответствует наибольшему доминированию в мире сформировавшегося «противоцентра», но в конце этого периода происходит резкое исчерпание ресурсов развития возникшей политической системы, рост ее внутренних противоречий и революционный крах (1848 г. во Франции, 1918 г. в Германии, 1989-1991 гг. в России). В период четвертой, завершающей, волны модернизации наблюдается сложное и противоречивое формирование новых политических институтов (прежде всего института президентства), которое, однако, как показывает пример Франции и Германии, не предотвращает последующего демонтажа демократических институтов и формирования авторитарного (империя Наполеона III) или тоталитарного (гитлеровский «третий рейх») режима. Очевидно, что для России, которая в настоящее время переживает четвертую волну, завершающую наиболее важный период интенсивной политической модернизации, ближайшие годы (примерно до 2025 г.) будут сопряжены со значительным риском резкого упрощения политической системы и опасностью ее тупикового развития.

_______________________________________

В.И.Пантин, В.В.Лапкин. Философия исторического прогнозирования: Ритмы истории и перспективы мирового развития в первой половине XXI века: 

…Очевидно, что… Россия после 2017 г. и особенно после 2025 г. станет другим государством и другим обществом. Возможно, что ее территория существенно уменьшится, и ей придется познать горечь поражений и унижений. Но возможно, что Россия, сможет, наконец, осуществить полноценную модернизацию и стать по-настоящему сильным современным государством. Какой именно вариант новой России осуществится в действительности, нам пока что знать не дано, но этот вариант рождается уже сейчас и будет реализовываться в ближайшее десятилетие… [ссылка]

…Прогнозируя развитие событий до 2025 г., мы безусловно должны предполагать известную неоднозначность завершающего сценария… Даже в случае относительно благоприятного течения событий стратегически оптимальный для России курс на эффективное внешнеполитическое сотрудничество с лидерами мирового сообщества не сможет уберечь ее от нарастающей конфронтации и острого конфликта интересов с этими ведущими и воспрянувшими после фазы великих потрясений глобальными центрами экономической и политической силы (с Европейским Союзом, США и Японией). По-видимому, именно к 2025 г. этот конфликт обретет предельную остроту и поставит задачу любой ценой преодолеть социально-политические и ценностно-культурные барьеры, разделяющие Россию и эти ведущие мировые центры. Собственно, в этом и заключается существо той великой трансформации, которую предстоит пережить России в период до 2025 г. Именно это испытание либо поставит точку на ее многовековой истории, либо откроет ее принципиально новую страницу, подобно тому, как это случилось с Германией после 1945 г. или с Францией после 1871 г. [ссылка]

_______________________________________

Дмитрий Быков. Быков-quickly: взгляд-80:

2005 год войдет в историю если не как точка бифуркации, то по крайней мере как один из двух-трех переломных годов, которые потомку покажутся судьбоносными, а для современника тянутся исторической паузой. Что особенного было в 1934-1935 годах?... Цикличность русской истории в 2005 году не уставала подтверждаться, и это, пожалуй, главный итог года, который в остальном ничем особенно ярким не запомнился.

... Год длился, изобилие и покой ощущались весьма многими, даже и среди бюджетников, но и подспудный ужас нарастает, и сделать с ним ничего нельзя. Главный итог 2005 года – лишний раз подтвердившийся неумолимый ход машины, которая снова и снова заворачивает на тот же круг. В свете этого политика абсолютно бессмысленна, потому что и ежу ясно: ничего изменить мы не в силах.

Итак, главный смысл всего происходящего – тщетность любых усилий по изменению общественной ситуации, осмысленность любых усилий по приспособлению к этой ситуации. Но пока, в условиях исторической паузы, все еще довольны; почти все перестали бояться и полюбили; многим не без основания кажется, что при Ельцине было хуже (и то сказать – в двадцатые годы большинству населения жилось много противнее, чем в тридцатые). 

_______________________________________

Кирилл Панкратов:

... Речь не идёт о внезапно наступившем благоденствии после, скажем, 2000 года. Такие вещи не происходят внезапно. Речь идёт об изменении траектории развития общества, произошедшей на рубеже десятилетия (и тысячелетия), динамике, "наклоне кривой", что подтверждается обьективной экономической статистикой, электоральными предпочтениями, общественными настроениями и т.д.

Начальный этап достаточно длительной эпохи стабильности и роста (помимо того что он как правило достаточно скучен и консервативен в культурном смысле) далеко не благополучен. Как правило это время кричащих социальных контрастов и неравенства. Средний класс вначале ещё относительно мал, но быстро растёт. Производство и потребление увеличивается хорошими темпами, но вначале, после длительного периода экономического упадка (или войн и прочих катаклизмов), оно ещё невелико.

В такую эпоху (после кризиса и упадка) критическим фактором является то что гораздо больше людей (обыкновенных, а не "творческой интеллигенции") ощущают для себя возможность встроиться в существующую систему и развиваться (в карьерном, материальном смысле) вместе с ней, чем существовать вне системы или в оппозиции к ней. И нынешнее жалкое состояние оппозиции (как, например, сборная солянка из Каспарова, Лимонова и т.д.) это подтверждает, в отличие от конца 80-х и большей части 90-х годов, когда власть была крайне непопулярна и оппозиция реально владела общественным мнением. Это вовсе не значит что в такое время не бывает обиженных и обделённых, но большинство считает нужным искать ответ на свои проблемы внутри системы, а не в разрушении её.